Уведомления
Уведомления
102 4 м/с

8 эпатажных выходок художника Василия Сурикова, про которые не напишут в учебниках

Редакция «ПМ»
3459

Всем нам известен наш земляк Василий Иванович Суриков, но не все знают про его любовь к эпатажу и отменное чувство юмора. Сегодня, в день рождения великого живописца, вместе с сотрудником Музея-усадьбы В.И. Сурикова Натальей Мурашовой рассказываем о нескольких экстравагантных выходках художника, оставшихся в анналах истории.

Безвкусный гарнитур

Суриков ценил хорошую мебель и знал в ней толк. Как-то фабрикант Морозов приобрел гостиный гарнитур и пригласил Сурикова посмотреть его: «Зайдите, Василий Иванович, отменно хорош гарнитур, редкой работы».

Суриков зашел. Гарнитур ему не понравился. Это была безвкусная мебель с бьющими на эффект украшениями. Так как хозяин не переставал восхищаться, Суриков, к неописуемому ужасу Морозова, вскочил ногами на диван и поддакнул лукаво: «М-да, пружины добротные…»

Случай в магазине

Однажды Суриков покупал в магазине шляпу. Примерил ее — подошла. Затем он ее снял и старательно смял. У продавца от удивления расширились зрачки. Суриков поглядел на него игриво, бросил шляпу на пол и придавил ногой. Продавец заикнулся: «А д-деньги кто будет платить?». Суриков поднял шляпу, почистил щеткой и, надев на голову, сказал: «Теперь и носить ее! Отличная шляпа, а то какие-то дамские складочки. Смерть как не люблю новых шляп».

Любовь к сапогам

Василий Иванович всегда прекрасно одевался — черный костюм с мягким бантом вместо галстука, но под брюками были неизменные сапоги. Вот что писала его знакомая Г.А. Ченцова.

Когда Касьянов приближался к нам, я жалобно сказала: «Василий Иванович, поправьте правую брюку! У вас очень виден сапог». Суриков вдруг ужасно рассердился: «А почему он не должен быть виден?» — и, добавив излюбленную им сибирскую поговорку «Мне хоть че, так ни че», еще сильнее подтянул брюки...

Случай на Столбах

Однажды Суриков с компанией решили совершить прогулку на знаменитые красноярские Столбы. Суриков был одет слишком щеголевато для такого путешествия — на нем был хорошо сшитый столичный костюм, отличная обувь. Однако он принял участие в прогулке, не рассчитав, что придется переходить несколько бродов через речушку Лалетину. При переходе через первый же брод Василий Иванович оказался перед тяжелой задачей. Стоял и думал, что делать. Вдруг махнул рукой и, поступившись костюмом, смело шагнул вперед.

Диалог с меценатом

Как-то меценат Гиршман просил живописцев Грабаря и Переплетчикова поехать с ним к Сурикову, чтобы помочь ему выбрать несколько этюдов. Суриков встретил их очень радушно и стал показывать этюды к «Стрельцам», «Морозовой» и «Ермаку». Он показывал сначала самые слабые вещи, явно не ценившиеся им, и только под конец извлекал откуда-то этюды позначительнее. Гиршман до поры до времени справлялся о цене и каждый раз вздыхал: «Что вы, Василий Иванович, да разве можно так высоко расценивать такой крошечный этюд?» А Василий Иванович действительно хватил: «Пять тысяч, и никаких!» «Уступите, Василий Иванович», — просил Гиршман. На это Суриков с лукавой усмешкой, подмигнув Грабарю с Переплетчиковым, сказал: «И хотел бы, да имя не позволяет».

Дресс-код

В парадном позвонили, и ливрейный лакей передал для Василия Ивановича конверт, в котором было приглашение «пожаловать на открытие дворца» к князю Щербатову. В конце письма была приписка: «Дам просят быть в вечерних туалетах, мужчин — во фраках». Художник был взбешен: «Им мало Сурикова! Им подавай его во фраке». «Я сейчас вернусь!» — крикнул он, быстро одевшись и выходя на лестницу.

Примерно через час он вернулся, сияющий и очень довольный собой. «Да! Было дело под Полтавой!» — несколько раз повторил он одну из своих поговорок и рассказал, как он вложил в коробку свой фрак и, приложив визитную карточку, отправил все это князю Щербатову.


Гастрономия

Суриков был очень скромный человек. Был неприхотлив в еде. Иногда любил выпить немного хорошего вина, но не выносил индейку, о чем предупреждал заранее: «Уж очень препротивно — некрасивая птица! Если поем, всегда плохо бывает!»

Лучший художник

Как-то раз Василий Суриков, Виктор Васнецов и Василий Поленов встретились у малоизвестного тогда художника Ильи Остроухова. Первый тост предложил хозяин Илья Остроухов. Он скромно сказал: «Выпьем за трех лучших художников здесь присутствующих!» Выпили. Потом Василий Поленов куда-то засобирался и ушел. Тогда тост провозгласил Василий Суриков: «Выпьем теперь за оставшихся двух — действительно лучших! Когда пришла пора уходить Васнецову, Илья Остроухов проводил его до двери парадного». На лестнице Васнецов вздохнул: «А вот теперь наш Василий Иванович налил еще рюмочку и выпил её совершенно искренне — за единственного лучшего русского художника!»

А вы уже читаете «Проспект Мира» в Яндекс.Дзене?

Новые материалы

Читаемые материалы

Наши проекты
Читай нас там, где удобно
Закрыть
Наверх