Карина Елисеева, волонтер и наставник двух детей-сирот: «Подшефные — мои "кармические" дети»

  • Люди
Редакция «ПМ»
1065
Помогать детям можно по-разному, но Карина Елисеева, организатор мероприятий фонда «Счастливые дети» и наставник сразу двух подростков, готова тратить на помощь большую часть своего времени. О радостях и трудностях общения с сиротами, о том, как добиться признания и уважения среди таких детей — в сегодняшнем материале.

Как всё началось

Роли организатора мероприятий в Фонде и наставника очень связаны. Год назад я пришла сюда работать, иначе я бы и не знала, что существует наставничество в детских домах. Когда уже стала работать пиарщиком, поняла, что невозможно рассказывать людям о проблеме сиротства, не соприкасаясь с темой лично, не понимая, кто такие дети-сироты. Говорить публично о том, что сама не осознала и не прожила, я не могла себе позволить.

И я стала наставником, потому что на это был внутренний ресурс времени, внимания, любви и принятия. Мне было чем поделиться. Не знаю, откуда он взялся, но однозначно всегда хотелось помогать больше, чем просто отдавать вещи в детские дома, жертвовать деньги или делать репосты в соцсетях на тему «Ищу маму и папу». Самый большой страх, который мешал принять решение — это страх ответственности за других людей. Но кто не рискует, тот не живет :)

Тогда, год назад, о системе наставничества в детском доме никто особо и не знал. 15-летнюю девочку, которая якобы постоянно нарушала дисциплину ввиду своего подросткового возраста, я выбрала из списка, предложенного куратором. Подумала, что со взрослой будет проще найти общие темы для разговора. Потом пришла в детский дом, нашла эту девочку и обрушила на нее «радостную» весть о том, что буду ее наставником. Она посмотрела на меня, как на дуру, подозвала воспитателя и шепнула ему на ухо что-то типа: «Зачем мне эта странная нянька?! Пусть к малышне ходит!» Воспитатель попытался тактично объяснить мне, что она взрослая и сама со всем разберется. Я не стала спорить, а если честно, внутри меня все ликовало, ибо, пока сидела и ждала ее вердикта, была абсолютно очарована блондинистым мальчишкой Максимом, который бегал по комнате и всячески привлекал к себе внимание, передразнивая и дурачась. Вот так, с первого взгляда, запечатлелся в самом сердце.

Я объяснила всем ребятам, что пришла как волонтер-наставник и что теперь мне нужно выбрать подшефного, раз Наташа (так звали взрослую девочку) от меня отказалась (они меня не поняли и еще потом долго были уверены, что наставники — это личные спонсоры). Я, конечно же, сразу предложила стать моим подшефным Максиму. Он отказался, состроив презрительную рожицу. Но предложил сыграть в карты, сказав, что если я выиграю, то он согласится. Я проиграла. Но, видимо, что-то внутри его души было созвучно моей, и он, высмеяв мой проигрыш, почему-то согласился. С условием, что и его сестра Диана тоже будет моей подшефной. Моему счастью не было предела. Только потом я узнала, что мое сердце выбрало отнюдь не хорошего 13-летнего ребенка ангельской внешности, а настоящего разбойника, от выходок которого до сих пор в шоке весь детский дом, и я буду единственным наставником из всех, у которого всегда всё не слава богу...

О подшефных

Я называю их своими «кармическими» детьми, потому что они оба в гипертрофированной степени отражают мой характер. Макс и Диана — не просто зеркала, а увеличительные стекла моих внутренних минусов и плюсов. Максим импульсивный, вспыльчивый, нелогичный, ревнивый, любит быть в центре любой компании, ведет себя очень вызывающе и вольготно, диковатый до любви, но всё же иногда, по праздникам, ее проявляет и принимает. Он как волчонок, оставшийся без защиты матери: скалится, ежится, но при этом требует внимания и заботы. Диана как девочка, конечно, позволяет себе больше нежности, но при этом в грубой форме пытается строить всех мальчишек в группе, ябедничая на каждого и задираясь, она большая хитруша. А еще меня поначалу очень удивляла ее поразительная стойкость, с которой она переносит неприятные колкости или поездки на долгие месяцы в санатории. Оловянный солдатик, который позволяет себе быть маленькой и плаксивой только с дедом (он единственный заботящийся о детях родственник). Ее никто не учил быть девочкой, поэтому сейчас с горем пополам даются какие-то бытовые девичьи занятия. Учу ее ухаживать за собой и за своими вещами. Оба ребенка очень яркие, харизматичные, непоседливые, ранимые, обидчивые и сложные — у меня по-другому и не могло быть!

Тем, кто хочет взять шефство над детьми, я бы не стала советовать брать двоих. Чтобы работа была более эффективной и концентрированной, каждому ребенку нужен свой личный наставник. А еще если двое подшефных и тем более разнополых и разновозрастных, как у меня, то никак не избежать ревности, борьбы за наставника, агрессии, обид. Что называется, учитесь на моих ошибках.

Справиться со всеми трудностями помогает внутренняя уверенность, что всё идет так, как должно быть. Помогают коллеги из Фонда: они постоянно поддерживают меня, дают нужные советы, если Макс в очередной раз натворил что-то, попахивающее бандитизмом, или обозлился на меня по неведомой причине.

Видимый результат общения

Если быть честной, я не вижу серьезных результатов. С саморазвитием у нас беда. Но зато я знаю, что я у них есть. Что они, как бы этого ни скрывали, всё равно считают меня близким в их маленьких жизнях человеком. Знаю, что Максим чувствует во мне поддержку, когда весь мир против него. Несмотря на все конфликты, что у нас происходили (Максим несколько раз демонстративно отказывался от меня), он каждый раз идет на примирение сам. И это дорогого стоит.

Самое важное в наших отношениях — принятие. Благодаря этим детям я узнала, что значит принимать другого таким, какой он есть. Что бы ни происходило. Принятие рождает доверие и устраняет неоправданные ожидания и надежды. Когда Максим выкидывает очередное хулиганство, у меня нет желания его наругать, наказать, наорать, как делают все. Я пытаюсь разобраться в мотивах его поведения. А они зачастую очень понятны. Достаточно направить его энергию в мирное русло, в спорт, а не держать в четырех стенах.

Начав общаться с детьми, в первую очередь, я стала познавать себя, свой ресурсный потенциал, как будущей матери. Благодаря наставничеству я поняла, что детей не надо воспитывать и учить. Единственное, что нужно — любить и своим примером показывать какие-то вещи. Так Максим уже практически научился при мне кидать бумажки в мусорку. У детей есть уникальная способность отражать личности взрослых. Если вы не довольны своим ребенком, внимательнее присмотритесь к себе.

С Максимом и Дианой мы обычно ходим куда-то, гуляем, болтаем в комнате, дурачимся, разнимаем драки. Даже эта малость дорогого стоит.

Советы начинающим «шефам»

Прежде, чем выбрать «своего», с детьми нужно обязательно знакомиться. Мы все люди, и нам нужен эмоциональный контакт, чувствование другого, понимание — твое это или не твое. Ведь подшефный ребенок — это надолго, и очень важно, чтобы у взрослого и ребенка были не просто холодные отношения, направленные на развитие, а изначально было совпадение душ. Только в этом случае, на мой взгляд, появится ответственность, и наставник тогда может называться наставником, другом, важным взрослым в жизни ребенка из детского дома. Иначе он просто педагог.

Но не мне тут советовать, ибо сама — только начинающий. Одно скажу: верьте в своих подшефных!

Система Orphus

Читайте также

Новые материалы

Читаемые материалы

Мы в соцмедиа
Наши проекты
Читай нас там, где удобно
Закрыть
Наверх