«Политиков тестировать сложнее всего»: красноярский полиграфолог о своем ремесле и искусстве лжи

Александр Ибрагимов
1770

Многие слышали про детектор лжи, или полиграф, но немногие знают, как он устроен. «Проспект Мира» поговорил с бывшим сотрудником угрозыска, частным полиграфологом Львом Сорокоумовым о том, для чего нужен детектор лжи, реально ли его обмануть, сколько зарабатывают специалисты, часто ли ревнивые супруги просят проверить свою вторую половинку и можно ли назвать политиков профессиональными лжецами.

О себе

Я учился в Сибирском юридическом институте МВД России — это наша школа милиции. Там курсе на первом-втором нам показали полиграф — еще тогда я им заинтересовался. Потом я несколько лет отработал в уголовном розыске, где детектор лжи успешно применяли. Когда ушел из органов, то решил стать частным полиграфологом: отучился дополнительно, набивал опыт, начал искать клиентов. Сейчас у меня с коллегами своя организация — Центр психофизиологических исследований (ЦПФИ).

Фото: страница Льва Сорокоумова на Фейсбуке

Что такое полиграф?

В России полиграф появился в 1970-е годы в КГБ. Главной целью было научиться его обманывать, потому что наша разведка за границей, где полиграфы успешно применялись, начала проваливаться. В начале 1990-х полиграф пришел в милицию, а году в 1994-м его разрешили к свободной продаже и он оказался в частных структурах.

Сам по себе полиграф — это высокоточный прибор, который снимает показания с организма человека. В сенсорный блок — такую небольшую коробочку, которая подключается к компьютеру — вставляется несколько датчиков. Они отслеживают дыхание, реакцию нервной системы, биение сердца. Есть еще датчик тремора, который фиксирует движения человека. Его обычно ставят под ножки стула либо выполняют в форме подушки, которая кладется под седалище.

Сам полиграфолог — по сути, тоже часть прибора, от его профессионализма зависят результаты теста. Все лучшие специалисты, по моему опыту, — выходцы из правоохранительных органов. Потому что там приходится в самых разных ситуациях общаться с самыми разными людьми — от топов и руководителей до жуликов и рецидивистов.

В крае сейчас от силы 10 частных полиграфологов, из них я бы мог порекомендовать только двух человек. Некоторые у нас называют себя полиграфологами, пройдя двухнедельные или месячные курсы, но это, конечно, ерунда.

Проверка на полиграфе у меня стоит 2000 рублей. В нормальных структурах официальная зарплата полиграфолога начинается от 100 тысяч рублей. Мне как-то одна организация предлагала устроиться к ним в штат за 30 тысяч, на что я очень сильно посмеялся.

Как всё проходит?

Есть разные методики проведения тестирования, но основных две — выявление скрываемой информации (непрямые тесты) и контрольные вопросы. С первой больше работает МВД, со второй — ФСБ. При методике контрольных вопросов наряду с обычными, незначительными вопросами типа «Какой сегодня день, год?» задают вопросы прямого обвинения: «Вы украли?», «Вы убили?» и тому подобные.

Большинство методик разработаны в Америке, и не все они подходят к России. Один мой товарищ устраивался в организацию, ему кадровик дал тест, американский. Там был вопрос: что вы возьмете с собой на необитаемый остров? А он бывший спецназовец разведки, поэтому составил список из всего, что поможет выжить. А правильным ответом оказались вещи, которые помогут подать сигнал о спасении. Вот такая разность менталитетов, которую надо учитывать при составлении тестов.


Применение

Основных областей применения полиграфа тоже две. Это скрининг, то есть кадровая проверка действующих или потенциальных работников. Выясняется, зачем человек устраивается именно на эту работу — может, его на самом деле заслали конкуренты, экономическая разведка у нас сейчас довольна развита. Проверяется, как часто тестируемый употребляет алкоголь и наркотики, есть ли у него долги, совершал ли он преступления и нарушения на предыдущих местах работы.

Вторая область — это тестирования-расследования. Пропали, грубо говоря, деньги из офисного сейфа — заказывается тест на детекторе. Заказчик сообщает мне подробности: какая сумма исчезла, какими купюрами, когда и кто мог украсть.

На основе этого составляется опросник — не менее 10-15 тестов (блоков вопросов), в которых соединены обе методики. Процесс проходит довольно просто. Тестируемый сначала заполняет бланк о добровольном согласии на прохождение процедуры (во всем мире детектор проходят добровольно).

Затем я калибрую прибор, задавая простые вопросы по типу «да»/«нет». Если бы вы сейчас сидели «на полиграфе», то, наверное, волновались бы, испытывали стресс. Многие думают, что это как-то влияет на процедуру тестирования. На самом деле, нет, это лишь фоновое состояние организма. Стресс, вызванный ложью, хоть и на доли секунды, но превышает фоновые состояния в несколько раз.

Само тестирование занимает полтора-два часа: чтобы сделать достоверный вывод, нужны повторяющиеся реакции на один вопрос, заданный по-разному. «Вы присвоили деньги из сейфа?», «Вы взяли деньги из сейфа?», «Вы выносили деньги из сейфа в пятницу?»

Иногда нужны дополнительные вопросы, чтобы уточнить какой-то момент. В течение получаса-сорока минут я обрабатываю данные и затем пишу заключение.

Фото здесь и на обложке: страница Льва Сорокоумова на Фейсбуке

Кто клиенты

Ко мне обращаются и бывшие коллеги из угрозыска, и частные организации — маленькие и крупные фирмы, заводы, банки, федеральные компании. Называть их я бы не хотел, но скажем так: мало какой банк и крупный завод в Красноярске сегодня не использует полиграф. Поводы самые разные: скрининг, хищения, перемещение работника по должности, какие-то сомнения у работодателя — лоялен ли сотрудник компании, берет ли взятки, просит ли откаты.

Идеальных людей не бывает. Существуют фундаментальные причины, по которым люди совершают преступления: высокая закредитованность, низкая зарплата, безработица, экономический кризис, низкая эффективность работы правоохранителей, из мест лишения свободы выходят лица, которые отсидели срок. Все эти факторы вкупе дают всплеск преступлений.

И на работе люди их тоже совершают — всем же понятно, что основной ущерб предприятию может нанести не человек с улицы, а работник. Он знает все механизмы изнутри.

К сожалению, многие предприниматели и владельцы бизнеса об этом не задумываются. Бывает, я предлагаю услуги предприятию, точно зная, что его сотрудники там уже что-то натворили. Объясняю ситуацию, говорю, что могу проверить работников. Какие-то компании соглашаются, какие-то нет. Один раз мне сказали: «Не, нам это не интересно», но проверили мою информацию, увидели масштаб бедствия и потом обратились ко мне.

Тесты в полиции

Полицейские тесты на детекторе проводятся по тяжким и особо тяжким преступлениям. Поэтому когда моим бывшим коллегам нужно проверить что-то по кражам, хищениям или угонам (то есть более мелким преступлениям), то они зовут меня. Тесты в полиции от частных ничем не отличаются, единственное — я сразу говорю сотрудникам угрозыска, чтобы они не давили на людей. Если они человека продержали дня три в клетке, а потом привели на тестирование, то вряд ли я адекватный результат получу.

Ревнивцы

Раз в месяц ко мне приходят ревнивые жёны и мужья (чаще мужья), просят проверить вторую половинку на верность. Я очень редко берусь за такие тестирования — тема неприятная, скользкая, и я заказчика всегда пытаюсь отговорить, ломлю ценник тысяч в восемь.

В отношениях либо есть доверие, либо нет отношений. А полиграф доверие никак не вернет. Когда я дам человеку заключение о том, что ему изменяли, что у него есть рога, зачем это ему? Как ему с этим дальше жить? Иногда лучше чего-то не знать или просто доверять.

Бывало, что когда измена не подтверждалась, люди у меня на глазах извинялись друг перед другом, вроде всё налаживалось. Но это редкость — процентов 70-80 изменяют.

Можно ли обмануть тест

Конечно, люди пытаются обмануть полиграф, хитрецов всяких много. Начитаются в интернете советов – и потом на успокоительных приходят или кнопку в ботинок засовывают. Но 90% советов, как обмануть полиграф, которые я читал, — полная ерунда.

Недавно на тестировании человек умышленно контролировал свое дыхание. На калибровочном тесте, когда я просто спрашивал «Вас зовут так-то?», он на все варианты отвечал отрицательно. Даже на свое имя «нет» ответил. И по дыханию реакций не было, зато по другим каналам они появились, так что ничем хорошим это для него не кончилось.

Хотя есть категория людей, на которых тест будет реагировать плохо. Это психически ненормальные — шизофреники либо латентные шизофреники. У них организм совершенно по-другому работает, им по барабану все стимулы, скажем так. Если он лжет, то у него ровно бьется сердце, ровно работает нервная система. Но есть задержки по дыханию: по одному только каналу, конечно, нельзя делать однозначный вывод, но такую закономерность у шизофреников выявили.

О лжецах и политиках

Вообще выводы ведь делает не полиграф, а полиграфолог. Можно ли его обмануть? Да. Но чтобы обмануть профессионального полиграфолога, нужно быть профессиональным лжецом. Постоянно тренироваться, знать, какими методиками воспользуется специалист, какие вопросы задаст. Я не думаю, что у нас в Красноярске есть такие профессиональные лжецы, которые тренируются на полиграфе.

Ну, разве что политики ближе всех к этому подобрались. Я тестировал некоторых наших политиков, депутатов и могу сказать, что с ними сложнее всего. Такое ощущение, что их учат врать, они искренне верят в свою ложь. Мне кажется, для политиков отдельные тесты нужно разрабатывать.

Притом многие горазды заявить, что не верят, что полиграф работает, а когда их приглашаешь на показательную проверку, то они боятся и отказываются. Некоторые публичные личности на моей памяти раза четыре так делали. Чаще всего это люди из одной, так скажем, оппозиционной партии. А в «Единой России» просто отнекиваются, говорят, им это не надо.

Я писал запросы и в краевое правительство, и в городскую администрацию с предложением проверить сотрудников. В крае сказали, что им интересно, и они собираются внедрить полиграф со второй половины 2017 года. А в мэрии ответили: «Нет, не нужно нам это вообще».

Фото со страницы Льва Сорокоумова на «ВКонтакте»

Как себя ведут люди

Реакции у людей во время тестирования бывают очень бурными. У меня двое как-то настолько перенервничали, что упали в обморок. Некоторые посреди теста сознаются в преступлении, понимая, что не могут справиться с реакцией. У одного человека буквально замирало сердце, и после пятого блока вопросов он сказал: «Хватит», и признался, что похитил у организации деньги — много денег.

Люди, пойманные на лжи, придумывают всякие отмазки: стул, говорят, неудобный был и еще в таком духе. Мужики обычно пытаются договориться: «А, может, не будешь начальнику говорить?», взятки предлагают. Женщины в 99% случаях идут ва-банк — до последнего говорят, что ничего не делали.


Система Orphus

Читайте также

Новые материалы

Читаемые материалы

Мы в соцмедиа
Наши проекты
Читай нас там, где удобно
Закрыть
Наверх