Уведомления
Уведомления
11 2 м/с

14 лет за сделку со следствием: мать обвинила полицейских в фабрикации дела о наркотиках против сына. Разбираемся в ситуации

Полина Осипович
1410

Материал написан при участии корреспондента Сергея Ошарова и спецкорреспондента Александра Ибрагимова

Жительница деревни Киндяково Березовского района Елена Калинина обвинила сотрудников управления по контролю за оборотом наркотиков ГУ МВД России по Березовскому району Евгения Ситникова и Марию Захарову в фабрикации дела о наркотиках против своего сына Сергея Евпака. Однако в самом ведомстве от этого открещиваются и уверяют: действия их сотрудников были объективными.

Журналист «Проспекта Мира» Полина Осипович пообщалась со всеми участниками этой странной истории и попыталась разобраться в произошедшем.

21 мая 2018 года в Ленинском районе Красноярска сотрудники ДПС застали 24-летнего Сергея спящим в автомобиле. Незадолго до этого он употребил синтетический наркотик «шоколад». На вопрос полицейских, все ли у него в порядке и имеет ли он при себе запрещенные вещества, Сергей, как рассказывают его мать и помощник адвоката Александр Кузнецов, скрывать ничего не стал, признался в употреблении наркотиков и в их хранении. Его задержали и завели на него уголовное дело за хранение, Сергей на время следствия получил подписку о невыезде.

Сергей Евпак за два дня до задержания / фото здесь и далее представлены специально для «ПМ»

Через 10 дней после этого, 31 мая, произошла аналогичная ситуация: Сергея поймали в Березовке после употребления синтетического наркотика «ромашка». По словам Кузнецова, тогда сотрудники управления по контролю за оборотом наркотиков — Евгений Ситников и Мария Захарова — сказали Сергею, что теперь он «точно поедет» (отправится в колонию — прим. ред.). Сергея задержали на 48 часов, в отделе он заявил, что в колонию ему нельзя, так как у его гражданской супруги Юлии Петровой скоро родится ребенок, и якобы предложил полицейским следующее: он взламывает телеграм-канал магазина с наркотиками (как уточняет Кузнецов, Сергей хорошо разбирается в программном обеспечении) и доносит им информацию о спрятанных в городе закладках. Те, по словам матери и помощника адвоката, согласились.

IT-специалист по просьбе «ПМ» оценил версию о «взломе телеграм-канала». По его словам, это возможно, однако для этого необходимо приложить немало усилий.

— Нужно знать, кто им владеет, а большинство каналов, как правило, анонимны. И даже зная владельца канала, нужно получить физический доступ к его телефону или компьютеру, к которому привязан и с которого управляется телеграм-канал, изготовить дубликат сим-карты и попытаться перехватить СМС-сообщение об авторизации. Причем в идеале в этом время нужно оставить владельца канала гарантированно без связи, чтобы Telegram не прислал ему код подтверждения об авторизации.
Это возможно, но сложно. Для этого нужно обладать хорошей технической базой. Например, изготовить дубликат симки — очень сложная история, если этого, конечно, не делает сам сотовый оператор.
Есть и способ, основанный на человеческом факторе. Если взломщик лично знаком с владельцем канала, то он может, как говорится, пользуясь доверием, взять его телефон в руки и просто добавить себя в администраторы или хотя бы подписчики канала.

Документально сотрудничество с полицейскими (помощник адвоката пояснил, что Сергей должен был написать обращение о планируемом взаимодействии на имя начальника МВД по региону, которое должны были подписать и засекретить) так и не оформили. Со слов Елены, Захарова подписание документа постоянно откладывала (по информации Кузнецова, в случае помощи Сергея обещали обеспечить условным сроком наказания). При этом, согласно статье 10 федерального закона «Об участии граждан в охране общественного порядка», Захарова и не могла оформить Евпака: внештатными сотрудниками полиции не могут быть граждане, в отношении которых осуществляется уголовное преследование, коим и являлся Евпак.  

В это время Сергей якобы находил закладки по городу, однако их вес, по словам матери, не устраивал ни Ситникова, ни Захарову — до тех пор, пока он не нашел реагент (порошок для изготовления синтетических наркотиков — прим. ред.) весом шесть килограммов на кладбище Бадалык.

Елена Калинина, мать Сергея
— Он сказал им [Ситникову и Захаровой] об этом. Они обрадовались и сказали ему везти этот вес к ним в Березовку. Ну вот как это так: бери и вези шесть килограммов? — вспоминает мать Сергея. — Она [Захарова] мне: «Вы не переживайте. Он будет под нашим наблюдением. Как только мы его [наркотик] получим, то сразу же отпустим Сергея».

На кладбище за наркотиками вместе с Сергеем поехала его девушка Юлия — по ее воспоминаниям, она была на четвертом месяце беременности. Девушка утверждает, что не знала о том, куда и зачем они едут. Уже на кладбище она заметила следящие за ними автомобили, люди в которых потом задержали их по дороге в Березовку.

Юлия Петрова, девушка Сергея
 Я напросилась с ним, не хотела, чтобы он снова попал в какую-нибудь передрягу. На кладбище я увидела две машины, сказала ему об этом, на что он мне ответил, что так надо. Когда мы поехали к Захаровой, они поехали за нами. Я сильно испугалась, подумала, что там бандиты. Перед въездом в Березовку машины стали нас зажимать, и мы съехали в кювет — нас задержали. Меня посадили в одну из машин, надели наручники. Я пыталась посмотреть на Сергея, так как он остался лежать на улице лицом вниз, но мне не разрешали. На вопрос, в чем причина нашего задержания, один из задержавших ударил меня по лицу. Меня всю затрясло, я не могла успокоиться. Другие стали меня успокаивать: давали воду и показывали, как надо дышать. Чуть позже приехала Захарова и Ситников. При встрече с Захаровой Сергей сказал ей, мол, Маша, как так, ты ведь сама меня просила это сделать. На что она ему сказала: «Ты [дурак]?», — и ушла.

Сергея судили по двум эпизодам части 2 статьи 228 (хранение наркотиков в крупном размере) и один эпизод на покушение, производство, сбыт или пересылку наркотиков в особо крупном размере (часть 3 статья 30 к части 5 статьи 228.1). Его дело рассматривали присяжные в Березовском районном суде. Парня признали виновным в хранении (по рассказу помощника адвоката, Сергей признал вину и раскаялся). При рассмотрении дела по статье сбыта присяжные единогласно проголосовали в пользу парня. Однако, как заявляет адвокат, председательствующего судью Елену Лопунову якобы не устроило такое решение, и она отправила присяжных снова в совещательную комнату, и те вышли уже с обвинительным вердиктом. В распоряжении «ПМ» оказался документ с решением присяжных — голоса «за» Евпака перечеркнуты и исправлены на «против», а под ними приписка — «исправленному верить». В итоге 4 апреля 2019 года Сергея осудили на 14 лет, сейчас он находится в сосновоборском СИЗО.

Александр Кузнецов, помощник адвоката
— Сразу возникает вопрос: почему они его не задержали в Красноярске, а подождали, пока он доберется до Березовки? Потому что он договорился о сотрудничестве с оперативниками Березовского района, — предполагает помощник адвоката. —То есть они имели определенный умысел, чтобы задержать его именно там, показать свою эффективность — Оперативники говорят, что в 18:00 они выставились в Березовке, откуда поехал Евпак, и продолжили наблюдение. Но согласно справкам, с 16:50 до 17:30 он находился в КFC на Шахтеров. Кроме этого, Евпака отмечали каждый раз, когда он приходил в отдел к оперативникам, в журнале посещений. Однако когда мы сделали адвокатский запрос, в журнале стала значится только одна строчка — то есть день, когда его задержали. Также нам отказались предоставить видео с уличных камер, чтобы отследить передвижение Евпака.

«ПМ» отправил журналистский запрос в Березовский районный суд с просьбой прокомментировать информацию о давлении на решение присяжных заседателей. В суде отказались от комментариев и добавили, что осужденный и его защитники обжаловали приговор, сейчас он готовится к рассмотрению в суде апелляционной инстанции. 

В картотеке Березовского районного суда действительно есть информация об уголовном деле в отношении Евпака. Какой приговор ему тогда вынесли, на момент публикации материала в документах указано не было, в самом суде информацию об этом предоставить также отказались. 

14 июня 2018 года бабушка Сергея Татьяна Евпак подписала расписку о получении банковских карт и телефонов, изъятых у ее внука при задержании. Однако, по заявлению  матери Сергея и помощника адвоката, никаких телефонов бабушка не получала. 

Семья заказала независимую экспертизу, которая подтвердила, что строчка, где говорится про телефоны, вписана другим человеком. По мнению Елены, подделать расписку могли из-за наличия в телефоне Юлии фотографии одной из машин, которую девушка успела сделать до задержания.

Татьяна Евпак писала жалобы в разные ведомства на старшего следователя СО МО МВД Росии «Березовский» Захарьеву Т.В., которая вела дело Сергея: в МО МВД РФ «Березовский» (ответ получен 25.03.19), следственный отдел по Березовскому району (03.06.19), следственный комитет РФ (16.04.19), краевую прокуратуру (22.04.19) и генпрокуратуру (11.04.19). В поселковой полиции и районном следственном отделе заявили, что провели проверку в отношении Захарьевой, однако никаких нарушений в исполнении ее обязанностей не нашли. В обоих ответах при этом говорится, что семья беспрепятственно может забрать телефоны, приобщенные к делу, тогда как в расписке от 14.06.18 сообщается, что телефоны бабушка уже якобы получила.

СК РФ, Генпрокуратура и прокуратура края заявили о проверке, однако о результатах, говорит мать Сергея, до сих пор ничего неизвестно. Все ответы на обращения женщины также есть в распоряжении «ПМ». В самих ведомствах нам отказались рассказать о ходе проверок.

В управлении по контролю за оборотом наркотиков «ПМ» заявили, что провели проверку в отношении Ситникова и Захаровой — их действия в ходе расследования уголовного дела признали объективными и не стали привлекать из к ответственности. Там отметили, что при задержании Сергея в его автомобиле марки Nissan нашли шесть пакетов с порошкообразным веществом, общий вес которых составил шесть килограммов. По заявлению ведомства, он хранил наркотики для сбыта методом закладок.

В березовском отделе полиции с Ситниковым и Захаровой «ПМ» соединить отказались, сами они оказались недоступны для комментария телефоны отключены.

Адвокат осужденного Александр Волков прогнозов на итог дела не делает.  На вопрос, почему он взялся за эту историю, ответил кратко: «Это моя работа защищать людей».

Александр Волков, адвокат
— Конкретно таких дел, как в случае с Сергеем, у меня не было. По моему мнению, каждая история индивидуальна, однако ситуации с фабрикацией тех или иных дел имеют место быть. Фабрикацию, конечно, еще надо доказать. В нашем случае, я больше верю своему подзащитному. Человек должен быть осужден за то, что он совершил, а не за то, что желает следствие, поэтому в нашей истории мы будем добиваться справедливости.

За последние 10 лет в России могли быть сфабрикованы до 40 тысяч дел по наркотикам. Источник «ПМ» в правоохранительных органах сообщил, что в Красноярском крае такие случаи также нередки, однако даже приблизительное число таких дел назвать затруднился. Связывает он это с «палочной системой» в правоохранительных органах.

— Фабрикация дел о наркотиках у нас в регионе есть. Причем, с каждым годом, по моим наблюдениям, их становится все больше и больше — ориентировочно, в два-три раза. Почему это делают? Ответ прост: ради улучшения отчетности отдела или собственной выгоды, например, ради повышения. Потому что если тот или иной отдел не выполняет план по преступлениям, то его сотрудникам грозит в лучшем случае штраф, в худшем увольнение.
Источник «ПМ» в адвокатской сфере предположил, что основной признак фабрикации заключается в том, что полученные полицией доказательства находятся под полным ее контролем, и она может делать с ними все, что угодно. И зачастую случается так, что адвокатов не знакомятся делами. Тогда возможности защиты по делам о наркотиках становятся ограниченными.
— Если изъятие и экспертиза вещества оформлены процессуально верно, то возможности защиты, как правило, сводятся к тому, чтобы добиться переквалификации на менее тяжкий состав преступления, либо добиться назначения как можно более мягкого наказания. Об оправдании речи не идет. Бывают обвинительные приговоры, когда при обвиняемом вообще не обнаружено никаких веществ, а весь приговор строится на показаниях агентов полиции и выданных агентами полиции веществах, якобы приобретенных у обвиняемого.

Как поясняет источник, в делах о наркотиках главную роль играет личность обвиняемого: если он известен, как Иван Голунов (спецкорреспондент издания «Медуза», которого пытались обвинить в хранении и попытке сбыта наркотиков прим.ред.), то шанс на исход дела в пользу него есть. Однако если обвиняемый является человеком, который ранее попадал в поле зрения правоохранительных органов с употреблением наркотиков, то здесь стоит рассчитывать только на смягчение наказания или переквалификацию дела.

Сейчас Сергей и его семья ждет рассмотрения апелляции по делу в Красноярском краевом суде  адвокат надеется, что суд апелляционной инстанции учтет их претензии и разберется в ситуации.

А вы уже читаете «Проспект Мира» в Яндекс.Дзене?

Новые материалы

Читаемые материалы

Наши проекты
Читай нас там, где удобно
Закрыть
Наверх