«Наш Красноярск какой-то мрачный и гнилой»: воспоминания офицера об Октябрьской революции

Александр Ибрагимов
4546

В понедельник, 7 ноября, отмечается 99-летие Октябрьской революции. «Проспект Мира» публикует выдержки из дневников штабс-капитана Владимира Владимировича Зверева. В них офицер описывает события с января по июль 1918 года в Красноярске, в частности, мятеж казачьего дивизиона и антибольшевистский переворот 19 июня, устроенный некоей тайной организацией. Судьба Зверева после 1918-го неизвестна.

Впервые эти записки были опубликованы в журнале «Сибирские огни»

16 января 1918 г. В 12 часов [поступило] сообщение о готовящемся бое большевиков с казаками... Вечером настроение ужасное, зловещие слухи ползут среди... обывателей... Из Ачинска на помощь большевикам приехали 600, а из Канска — 450 красногвардейцев. По всем домам будут обыски с изъятием обнаруженного оружия. Мы, красноярцы, сидим на осадном положении; с 6 ч. вечера до 8 ч. утра никто не может выходить на улицу.

17 января. Казаки уехали в 3 часа ночи в неизвестном направлении. Они [якобы] сказали большевикам, что если вам нужно нас обезоружить, то выходите за город, в чистое поле, там и берите наше оружие.

19 января. В казармах у казаков была старинная икона Николая Чудотворца. Большевики сняли с нее ризу и выкололи глаза. Сегодня 20 красногвардейцев ловили одного казака, а он как стегнет лошадь, да на них, они в сторону, он и ускакал, только шапку сронил. Весь народ хохотал.

26 января. Говорят, что исполком предъявил требование к купцам внести по 150 000 р. на уплату жалования красногвардейцам. Военное положение прекращено, и город переходит на «мирное» существование. Если купцы не дадут денег, их отправят в Ачинск на общественные работы.

27 января. Купцы исчезли. Только П. И. Гадалов не скрылся и будто бы в ответ на требование большевиков о деньгах сказал им: «У меня на текущем счету всего 1500 р., все остальное в товарах; ставьте в магазины комиссаров и продавайте товары. Полученные от продажи деньги можете забрать».

Фото: kultura.admkrsk.ru

29 января. П. И. Гадалова будут отправлять в Ачинск на общественные работы. За него вступились служащие его магазина.

12 мая (по новому стилю). В связи с похоронами Гадалова в городе появились слухи. Якобы выкопали его из могилы, сняли все, оставив только белье. Бриллиантовый перстень с пальца не могли снять, так отрезали с пальцем и еще булавку с галстука взяли. Какого-то техника схоронили, догола раздев, и могилу не закопали.

15 мая. Сегодня на базаре солдат продавал женское платье и башмаки. К нему подошла старуха и уличила его в продаже вещей умершей недавно дочери. Милиция нашла [ее] могилу разрытой — «вот ведь какой народ пошел».

9 июня. …думал часов с 22 сесть за дневник, приготовился писать, но, увы, вернулись папа и мама. Имел глупость сказать, что в субботу пойдем на «Столбы». Сейчас же «охи» и «ахи» и уговоры не лазить... Не удержался сказать пару теплых слов. Настроение пропало.

…в понедельник, 27 мая, эшелонам чехословаков, стоявшим в Мариинске, Советской властью был предъявлен ультиматум сдать оружие... В ответ на это чехи выступили и свергли советы... С уверенностью можно сказать, что в Новониколаевске, Мариинске, Канске и Нижнеудинске власть советов уничтожена.

С Россией связи никакой... Сегодня прошел слух, что в Москве резня.

15 июня. Живем исключительно слухами, самыми разнообразными и невероятными… В Минусинске был разогнан съезд крестьян, настроенный против большевиков. Созывается другой съезд. Крестьяне решили каждого избранного депутата посылать под охраной 15 вооруженных человек. Говорят, что все пароходы в Минусинске арестованы. В Ачинске большинство населения за белогвардейцев. Жители Канска просят чехов не уходить из города, с ними спокойнее. Среди публики, узнавшей о постановлении исполкома и боевых действиях под Красноярском, волнения. Больше всего боятся погрома.

16 июня. …идет бой между советскими войсками с одной стороны и чехословаками, белогвардейцами и войсками Томского правительства — с другой...

По городу ходят слухи, [что] на заседании исполкома решение «бороться до последней капли крови» имело большинство всего в два голоса. Вейнбаум, как человек... интеллигентный и рассудительный, находя сопротивление бесполезным, упрашивал [большевиков] сдать власть. Наиболее ярым противником его явился командующий войсками Марковский, который заявил, что «пусть в Красноярске камня на камне не останется, но я власти не сдам».

Позавчера имел удовольствие видеть в кафе Марковского. Сегодня в газете его приказ о том, что все граждане должны сдать имеющееся у них оружие в исполком. Несдавшие будут немедленно отправлены на фронт и окопные работы. Папа с полчаса назад понес туда старую шашку и спросит, надо ли сдать кортик...

Фото: kultura.admkrsk.ru

18 июня. …услышал, что с ночи большевики усиленно грузят на пароходы муку, сахар, керосин и т. п. Мама слышала от служащего Госбанка, что на «Сибиряка» погружены все ценности, как то: золото, кредитные билеты, процентные бумаги.

Телефоны не работают. Катера... не ходят, плашкоут поставлен у здешнего берега и охраняется Красной гвардией. Минирован и подготовлен к взрыву железнодорожный мост.

Все возмущаются увозом [большевиками] продовольствия и подготовкой [их] к бегству. Что должно было случиться — случилось. Часов в 18-ть придя в сад, [узнал], что железнодорожники потребовали немедленного возвращения ушедшего «Сибиряка» и разгрузки всех запасов. «Сибиряк» уже вернулся и находится под контролем железнодорожников, так же как и пароходы с продовольствием.

Исполком выпустил сегодня [воззвание], в котором просил граждан не верить «провокационным» слухам о погрузке продовольствия, объясняя факт погрузки части [его] (грузили весь сахар, 40 000 пуд. муки) необходимостью послания в Туруханск. Интересно только, почему Туруханск так внезапно заголодал, что в воскресенье пришлось отправить катер за «Соколом», ушедшим на гуляние в скит.

Ясно только одно — последнее издыхание власти, мечущейся, растерявшейся, противоречащей самой себе. Посмотрим, что принесет завтра.

1 июля. Это «завтра» принесло так много, что всего и не упомнишь и не в состоянии записать. С вечера 19 [июня] в Красноярске развевается бело-зеленое знамя с надписью «Да здравствует автономная Сибирь». Большевизм пал, как падает предмет, подвешенный на гнилой веревке. Теперь в Сибири власть областников — членов Сибирской думы и Учредительного собрания.

Пароход «Атаман», 1916 г. Фото: Иллюстрированная история Красноярья (XVI — начало XX в.).

2 июля. День переворота прошел так. Утром главари нашей организации приказали нам прибыть в сборный цех железнодорожных мастерских, где собирался митинг по поводу вывоза исполкомом ценностей и продовольствия на пароходы.

На митинге Марковский. Разговоры, как всегда, и шум. Хотя я и был в демократическом виде, но на брюках остался кант, что и послужило поводом к изгнанию меня из цеха. Только что я вышел и пошел по Всесвятской, как в цеху раздались сначала выстрелы, затем разрыв ручной бомбы. Как выяснилось уже потом, стрелял Марковский, а затем стреляли в него и ранили в плечо. Митинг, понятно, разбежался; в ближайшем к мастерским районе жители стали закрывать ставни и прятаться.

Часов до 17-ти положение было неопределенным… Оказывается, что большевики бежали, бросив город. Таким образом, нам не пришлось брать их с боя. Настроение у всех поднялось сразу. Немедленно освободили политических заключенных.

Часов около 22 получили известие о том, что рота красногвардейцев, в составе которой был городской голова Дубровинский, прибыла на ст. Енисей. Ей было предложено вступить в мирные переговоры. Наш отряд был выслан на мост, где и расположился совместно с 40 чехами.

Вскоре прибыл Дубровинский. После некоторых споров в будке у железной дороги подписали «условие сдачи Рыбинского отряда советских войск», [согласно] которому красногвардейцы сдали оружие и были распущены по домам, а сам Дубровинский посажен в тюрьму.

В городе суматоха. Найденным оружием вооружились все кому надо и не надо, обыски и аресты, розыски большевиков, и смех и грех. В настоящее время все понемногу приходит в должный вид.

Фото: Иллюстрированная история Красноярья (XVI — начало XX в.).

8 июля. Сегодня папа получил телеграмму такого содержания: «Командарм назначил Вас Инаркором (инспектор артиллерии) Уральского корпуса, расположенного в Челябинске. Срочно сдайте должность и выезжайте в Омск за инструкциями...»

С фронта сообщают, что продвижение продолжается. В городе передают как факт, что Иркутск взят, то же говорит вернувшийся с фронта штаб 1-го Енисейского полка, но официальных телеграмм еще нет. Войск много, наши роты все время сидят в поездах; эшелоны скопились, бой ведут только передние. Противник малостоек и быстро разбегается…

Наш Красноярск только какой-то мрачный и гнилой. Дамы продолжают пороть ерунду, только в несколько меньших размерах.

На капитана Гайду, командующего чехословацкими эшелонами, предполагалось покушение, но его удалось предотвратить. Кто-то выдал, виновные расстреляны.

23 июля. …послезавтра покидаю Красноярск. Когда уезжал папа, я просил устроить меня в броневые части… [или] в артиллерию Уральского корпуса.

24 июля. Погода на «Столбах» дивная. Тепло, ночью полная луна прекрасно освещала путь. Останавливаясь каждые 15-20 минут, мы, понятно, двигались черепашьими шагами... К «Дедушке» пришли только в 2 ч. 30 минут. Дивные места там. Красота. То там, то сям виднеются костры. Единственно что портило впечатление и нарушало гармонию — это дикие крики и песни какой-то компании где-то недалеко. Зато приятным было стройное пение вдали, еле-еле до нас доносящееся.

...Прошлая неделя прошла в празднествах, адресуемых чехословакам. Из них я был на вечернем спектакле в городском театре. Публики масса, знакомых очень немного, к сожалению. Содержание вечера — пение, танцы славянских народностей. Театр был хорошо декорирован.

В четверг были на грандиозном гулянии в саду... Наутро Аня получила здоровый нагоняй, кто-то видел нас на станции. Словом — драма. С этого дня злые языки нашей компании злословят по адресу моему и Ани.

В пятницу в садике общего собрания состоялся файф-о-клок (послеполуденное чаепитие), собравший 10 000 монет. Я не попал, обещав Ане прийти в городской сад...

Сегодня с утра бегаю, собираю вещи... Отъезд назначен на завтра с почтовым...

Группа ссыльных в Туруханске (третий слева в верхнем ряду — Иосиф Сталин), 1915 г. Фото: Иллюстрированная история Красноярья (XVI — начало XX в.).

Система Orphus

Читайте также

Новые материалы

Читаемые материалы

Мы в соцмедиа
Наши проекты
Читай нас там, где удобно
Закрыть
Наверх